Памяти павших будем достойны! Вспомним наших героев поимённо и поклонимся их подвигу и великим тем годам…

«Край героев» - так переводится с крымско-татарского языка странное слово «Эльтиген»… Пророческое название. Здесь в штормовую ночь на 1 ноября 1943 года высадился морской десант, сумевший захватить и удержать небольшой участок прибрежной территории – три на два километра, вошедший в историю Великой Отечественной войны под названием «Огненная земля». Тридцать шесть дней и ночей, буквально зарывшись в землю на насквозь простреливаемом пятачке, советские десантники отбивали по десять и более вражеских атак в день, отвлекая на себя значительные силы противника, чтобы облегчить высадку основным силам десанта. Керченско-Эльтигенской десантная операция положила начало освобождению Крыма.

Поистине героическими были первые шаги по земле Крыма новочеркасской студентки, 23-летней Гали Петровой. Счастливая семейная жизнь и первый курс института остались для жизнерадостной девушки в другой – довоенной жизни. На песчаный берег ранним утром 1 ноября 1943 года ступила уже главстаршина, санинструктор 386-го отдельного батальона морской пехоты Галина Константиновна Петрова. Вот как это было. «Сотни моряков в чёрных бушлатах бросились с мотоботов в холодную воду и под огнём противника достигли суши. На их пути встало проволочное заграждение в несколько рядов. Десантники залегли на песчаном берегу. Сапёры быстро прорезали проходы, но за проволокой оказалось минное поле. А враг бьёт по берегу из всех видов оружия. Продвигаться вперёд, казалось, было невозможно. И вдруг из темноты метнулась вперёд женская фигура в чёрной морской шинели. «Здесь мин нет, – услышали десантники звонкий девичий голос. – Впёред, моряки! За победу!» Увлекаемые Петровой, они решительно проскочили минное поле и в короткой рукопашной схватке выбили врага из прибрежных укреплений…»

Высаженные части 318-й стрелковой дивизии и два батальона морской пехоты, поддержанные мощным огнём артиллерии и авиации, в 5 часов утра  1 ноября преодолели сильное огневое сопротивление противника и минные поля и завязали напряжённые бои за расширение плацдарма. В ходе сражения за этот плацдарм главстаршина Г. Петрова постоянно оказывала помощь раненым, сумев в первые часы вынести с поля боя 20 бойцов и оказать им первую помощь. Мужеству и бесстрашию хрупкой девушки поражались даже видавшие виды моряки.

Больше месяца в условиях полной блокады удерживали и обороняли Огненную землю отважные десантники. Почти до самого конца санинструктор Г. Петрова находилась на переднем крае обороны. Незадолго до своей гибели Галина Константиновна Петрова узнала радостную весть: она была отмечена высшей степенью отличия Родины – удостоена звания Героя Советского Союза.

Выписка из копии наградного листа: «…Петрова Галина… в числе первых высадилась на крымский берег и…пошла в первых рядах атакующих на доты и дзоты. Она оказала медицинскую помощь десяткам раненых… в критические моменты брала оружие павших товарищей и бесстрашно истребляла врага… За исключительные мужество и героизм ходатайствую о присвоении ей звания «Герой Советского Союза».
Командир 386 ОБМП …майор Беляков».

Имя молоденькой новочеркасской студентки продолжает жить не только в военных хрониках. Особенным - художественным - образом историю о подвиге Гали Петровой рассказывает одна из легенд Крыма:

«Не все, наверное, видели этот кустарник с пепельно-серебристыми листьями. Он попадается в самых неожиданных местах Крымского полуострова, и зовут его лох серебристый. Упрямое это растение, живучее, выносливое. И, может быть, поэтому люди связали с ним одну из своих легенд.

Десятки лет назад весь берег Керченского пролива у эльтигенских скал был в кустах серебристого лоха… Сейчас здесь один куст. Тем, кто знал историю этой многострадальной земли, было непонятно, как мог он выжить, почему не погиб вместе со своими братьями.

Куст серебристого лоха устоял, удержался, уйдя корявыми корнями под камни, сброшенные, по преданию, защитниками древнего города Нимфея. Это был прекрасный город, люди трудились здесь, почитая землю за богатства, которые она дарила им, украшали эту землю, воздвигая на ней мраморные фонтаны и храмы. Когда приходил враг из далеких заморских стран, Нимфей превращался в крепость на подступах к Пантикапею, становился грозным воином, защищенным высокими стенами с зоркими глазами бойниц.

Разрушенный временем Нимфей напомнил о себе бойцам керченского десанта. В узких разрезах траншей моряки увидели побуревшие, словно покрытые запекшейся кровью, наконечники стрел, черепа, амфору. Ей черноморцы доверили самое дорогое — воду…

Сорок дней и сорок ночей стояли здесь, у отрогов Эльтигена, наши отцы и братья — черноморские моряки. Яростно выло фашистское чудовище, кромсало и без того израненную землю. Казалось, не было ни одного живого места на ней. Но оно было! Полоску земли между нашими и вражескими окопами никто не смел тронуть. Смерть спрятал на этой полоске коварный враг. Минный пояс связал руки черноморским морякам. Не могли десантники прорваться к фашистам и завязать с ними бой. А как нужен был он, этот бой, смелым соколам, как хотели они долететь до вороньего гнезда и посчитаться за все!..

Куст серебристого лоха, росший в том месте, где засел враг, покачивал своими ветвями. Молчала страшная полоска земли. До боли в глазах вглядывались в неё моряки, саперы, инженеры. Они высматривали заветную тропку, по которой ночью можно было бы пробраться к врагу. Кончались боеприпасы, кончалась вода в амфоре… Надо было действовать. Но кто поведёт? Поведет тот, кому глаза свои отдаст орел, а лев — свое сердце…

В ту ночь жизнь дала все это русской девушке-комсомолке, самой молодой в отряде — Галине Петровой. Она нашла заветную тропку и повела по ней моряков прямо на куст серебристого лоха. Серебро его листьев хорошо было видно в ту ночь — оно отражало далекий свет белых облаков. Молчала земля. Молчал враг. Молчало море… Стучали только шаги. Не по земле стучали. В сердце каждого моряка… Каждый шаг — бой. Сделаешь его — выиграешь бой. Этого стоило ждать сорок дней и сорок ночей. Стоило мёрзнуть и голодать, чтобы увидеть перед собой заветный куст серебристого лоха. Пройти к нему — значило победить. И Галина прошла, а за ней прошли бойцы. След в след.

Не думал враг, что пройдет по минному поясу русский десант. Был уверен, что коварство сильнее смелости. Но… Налетели на врага соколы с орлицей. Заметалось воронье. Побежало, ослепнув от страха, на свое минное поле. Здесь-то и помогла своим освободителям древняя земля Нимфея, воздала врагу сполна за все свои раны. Этот бой был последним. Он шёл на виду у серебристого лоха. И радовался куст, видя, как гибнут враги!

А когда закончилась смертельная схватка, оглянулись моряки — нет Галины Петровой. Стали они искать свою орлицу, звать её:

— Где ты, наш смелый проводник, где ты?!

Но не отозвалась девушка. Она лежала около куста серебристого лоха и что-то беззвучно шептала. Из раненого сердца её на землю стекала алая кровь.

Ветер гнал последнее облачко. Волны осторожно ласкали берег, будто боялись причинить боль израненной земле. Всё посветлело вокруг, все радовалось. Мрачными были только лица десантников. Согнули плечи, почернели от горя моряки. Тяжелые матросские слезы падали на истрепанные бушлаты.

…Похоронили  девушку  вместе  с её  товарищами.

Похоронили в братской могиле под кустом серебристого лоха.

Много русских жизней приняла древняя крымская земля. Нигде нет столько памятников, сколько по пути от Сивашей до Керченского пролива. Поставлен памятник и на могиле Галины Петровой, рядом с кустом серебристого лоха. Стоит этот старый, чудом уцелевший куст у самого синего моря. Каждый день, каждый час, в шторм и безветрие, протягивает он к людям свои ветви с серебристыми листьями, словно радуется, видя, как люди меняют лицо Земли.

И люди не трогают куста серебристого лоха. Нельзя его трогать. Он светил, как маяк, когда черноморский десант вела Герой Советского Союза комсомолка Галина Петрова».

 

 

 

Пресс-служба ЮРГПУ(НПИ). Легенда записана М. Файзи. Впервые опубликована в журнале «Советская женщина», №5, 1962. Печатается по изданию «Легенды Крыма», Симферополь, 1974.